БОРИСЛАВ

 
 

БОРИСЛАВ

короткий опис історії міста з довідника "История городов и сел Украинской ССР. Львовская область"



БОРИСЛАВ
История возникновения поселений в этих местах уходит в далекое прошлое. Об этом говорят некоторые топонимические названия, а также ряд археологических памятников и исторических документов. Так, одна из гор на юго-западной окраине Борислава до сегодняшнего дня называется Городище, что указывает на существование здесь в древности укрепленного поселения. Такое же поселение — городище существовало и в другой части города — Мразнице. В акте от 1525 года о размежевании сел Тустановичей и Губичей гора, разделявшая их, названа Сторожней. Это свидетельствует о ее оборонном значении в прошлом. Название села Тустановичей (теперь это юго-восточная часть города) также связано с древним городищем и замком Тустанем (вблизи с. Урича), сооруженным русскими князьями. Этот замок упоминается в списке русских городов, захваченных в 1340 году шляхетской Польшей. Следы укреплений замка сохранились до наших дней.

Первое письменное упоминание о Бориславе встречается в грамоте польской королевы Ядвиги от 19 марта 1387 года о даровании с. Тустановичей вместе с монастырем, именовавшимся Бориславом, двум братьям — Юрию и Ананию Доброславичам. Впоследствии эта грамота была подтверждена королем Ягайлом. Название бывшего села, ставшего теперь частью Борислава — Бани-Котовской связано с соляными промыслами. Сначала оно называлось Котов. С развитием солеварения название села начали отождествлять с солеварней (баней), и оно закрепилось как официальное наименование.

Котов упоминается в документах за 1515 год. В первой половине XVI в. в его окрестностях были обнаружены соляные источники и создана солеварня (жупа), ставшая вскоре наряду с дрогобычской и старосольской одной из самых больших в Русской земле. Кроме котовской жупы, принадлежавшей, как и другие, казне, в Тустановичах находилась частная солеварня местного пана.

Борислав, Тустановичи, Мразница и Котов (Губичи были королевским владением) принадлежали частным землевладельцам — мелкопоместным украинским шляхтичам Пустомытовским и Попелям. Впоследствии оба эти рода пришли в упадок и растворились в многочисленной среде западноукраинской мелкой шляхты, положение которой отличалось от крепостных крестьян лишь юридической независимостью от феодалов. Владельцами всех этих сел стали богатые польские шляхтичи.

Богатые пастбища на склонах гор, в частности в окрестностях сел Доброгостова, Уличного, Тустаня и Трускавца, привлекали многих купцов, гнавших из Валахии и предгорных местностей скот на продажу на запад, в Моравию и Силезию. Сюда также вел путь от долины речки Стрый на северо-запад и связывавший Венгрию и Валахию с Польшей.

Особенно оживленной была торговля солью, которую добывали в селениях Котове (Бане-Котовской), Тустановичах, а также в Дрогобыче, Сольце, Колпце, Модриче, Трускавце, Стебнике, Уличном, Станиле, Ясенице-Сольной к Нагуевичах.

Из Тустановичей вышли два видных деятеля украинской культуры конца XVI — первой половины XVII вв.— братья Лаврентий и Стефан Зизании, сыновья мельника. Первый из них, педагог и активный борец против католицизма, был преподавателем Львовской братской школы, откуда в 1592 году переехал в Брест, а затем — в Вильно. В 1596 году в Вильно Лаврентий Зизаний напечатал первый на Украине и в Белоруссии букварь со словарем («Наука ку читаню и разуменю писма словенскаго...») и «Грамматику словенску съвершеннаго искуства осми частий слова...». Перу Лаврентия принадлежит также «Катехизис» (1927 г.), неоднократно переиздававшийся в Гродно (1783, 1787, 1788 гг.) и Москве (1874 г.). Лаврентий Зизаний называл себя Тустановским. Его работы, написанные на староукраинском языке, в значительной мере способствовали развитию языковедческой науки у восточных и южных славян.

Брат Лаврентия Стефан, известный украинский полемист конца XVI в., по сведениям за 1586 год, был дидаскалом школы Львовского братства, а затем ее ректором (по 1593 год). После переезда в 1593 году в Вильно развернул деятельность в Троицком православном братстве. Здесь в 1595 году Стефан Зизаний напечатал «Катехизис», а в 1596 году — «Казанье святого Кирилла патриаръхи иерусалимъского о антихристе», направленное против римского папы. В 1644 году «Казанье» было опубликовано в Москве на русском языке и пользовалось большой популярностью. Современники отмечали, что Стефан Тустановский был в «грецьком и словянском языку муж ученый велце».

Социальный гнет на захваченных польскими феодалами украинских землях усугублялся еще и жестокими преследованиями местного православного населения католическим духовенством. Все это вызывало сопротивление со стороны порабощенного крестьянства, В 1648 году, во время освободительной войны украинского народа, крестьяне восстали против феодалов и овладели замком в Сходнице. Однако после отхода крестьянско-казацких войск Богдана Хмельницкого польские магнаты жестоко расправились с повстанцами.

К концу существования Речи Посполитой, в 70-х гг. XVIII в. Борислав и Мразница были собственностью брацлавского подчашего Я. Копыстинского, которому принадлежало также соседнее село Попели. Хозяином Тустановичей был граф М. Остророг.

В 1772 году западноукраинские земли захватила Австрия. Австрийские власти провели в 1787 году перепись землевладений. В Бориславе тогда насчитывалось 55 крестьянских дворов, 4 мельницы, 2 корчмы и церковь; в Мразнице — 26 дворов и 2 корчмы; в Тустановичах — 131 двор, 2 мельницы, 3 корчмы и церковь; в Губичах — 25 дворов, корчма и церковь; в Бане-Котовской — 81 двор и 2 корчмы.

В конце XVIII в. австрийское правительство забрало в казну Тустановичскую доминию вместе с солеварней и свыше 5300 моргов земельных угодий, отдав взамен их владельцу — графу Остророгу бывшие старостинские имения Поторицу, Волю-Поторицкую, Жабье и Витков на Сокальщине и несколько других сел возле Замостья.

Став частью Австрийской империи, Галиция оказалась оторванной от основной части украинских земель, а также от Молдавии и польских территорий, с которыми она была связана длительными экономическими связями. Потеря крупных рынков сбыта поставила соляную промышленность Галиции в трудное положение. Упадку соляного промысла способствовало также введение австрийским правительством монополии на соль. В течение 1773—1799 гг. были закрыты 49 солеварен, в том числе Тустановичская, в 1786 году пришли в упадок и подсобные промыслы.

Начиная с XIX в. на смену соляному промыслу в Бориславе пришел новый — нефтяной. Естественные выходы нефти в Бориславе были известны давно. Собиранием ее занимались т. н. лыбаки, черпавшие нефть с поверхности воды подмазками. Местное население использовало ее как средство против различных болезней, в частности чумы, а также для производства колесной мази. В XVIII в. нефтью торговали на многих ярмарках Галиции. В Дрогобыче на ярмарке было отведено даже отдельное место для т. н. репников, продававших нефть. Из Францисканской метрики, составленной в 1820 году, явствует, что крестьяне Борислава и соседних сел, занимавшиеся добычей нефти, обязаны были ежегодно сдавать помещику «по два гарнца хорошей чистой нефти».

В 1810 году правительственное разрешение на добычу нефти получили первые нефтяные предприниматели Геккер (горный чиновник Трускавецкой солеварни) и Митис, в 1843 году — управление государственных лесов в Дрогобыче, в 1858 году — предприниматель Клегер.

В 1817 году Геккер отправил в Прагу 14 бочек очищенной нефти. Часть продукции он продавал аптекам, использовавшим ее в качестве заменителя дефицитного «каменного масла», импортировавшегося из Италии. В 1850 году годовая добыча нефти в Бориславе достигла 200 цнт. В 40-х гг. XIX в. нефть успешно перегоняли на Стебницком соляном заводе, где она использовалась для освещения шахты. Однако и тогда еще нефть не находила широкого применения. Лишь после изобретения в 1853 году керосиновой лампы в Бориславе начались лихорадочные поиски нефти. Добывали ее весьма примитивным колодезным способом. Наряду с нефтью встречался также озокерит (горный воск). Тогда он еще не представлял интереса, поскольку не были известны его полезные свойства. Озокерит выбрасывали вместе с породой. Когда же в 60-х гг. XIX в. была обнаружена большая ценность этого минерала как сырья для производства парафина и церезина, предприниматели увидели в нем источник наживы. Добыча нефти и озокерита резко возросла. В 1860 году в Бориславе возникли сотни шахт. Через пять лет (1865 г.) здесь насчитывалось около 6 тыс. колодцев, в том числе 165 — по добыче воска. В 1875 году на территории тогдашнего Борислава площадью в 80 га было около 12 тыс. колодцев, принадлежавших 179 мелким и 75 более крупным предприятиям, на которых было занято 10,5 тыс. рабочих. В 1873 году союзу производителей Гартенберг-Гольдхамер принадлежало 68 шахт, капиталисту Дингеру из Моравской Остравы —32 шахты. Роберт Доме из Пруссии владел 10 га нефтеносной земли, 21 фабрикой по топлению воска с 81 рабочим и 4 нефтеочистительными фабриками со 116 рабочими.

За короткое время почти вся земля в Бориславе очутилась в руках пришлых и местных предпринимателей. Это был классический пример первоначального капиталистического накопления на западпоукраинских землях, базировавшегося, как и во всех странах, по выражению К. Маркса, на «экспроприации земли у сельскохозяйственного производителя, крестьянина», когда «значительные массы людей внезапно и насильственно отрываются от средств своего существования и выбрасываются на рынок труда в виде поставленных вне закона пролетариев».

Погоня за максимальными прибылями привела к тому, что к началу 80-х гг. XIX в. в Бориславе осталось только 5 крестьянских семей, сохранивших свои клочки земли. Этот печальный факт выражен в таких словах народной песни: Ой, мовили бориславци, що будуть панами, А вни поле попродали та й пишли з торбами.

В 1870 году добыча нефти в Бориславе составила 11,2 тыс. тонн, а озокерита — 5 тыс. тонн, в 1886-соответственно 90 и 45 тыс. тонн.

31 декабря 1872 года была открыта железнодорожная ветка Борислав—Дрогобыч, соединившая Борислав с Прикарпатской железной дорогой, что обеспечило выход бориславской нефти и озокерита на широкий рынок. Это послужило толчком для еще более интенсивной эксплуатации нефтеносных полей и применения технических усовершенствований в добыче. В результате внедрения механического бурения скважин в 1893—1896 гг. были обнаружены основные нефтяные месторождения на территории собственно Борислава, а в 1903 году — в Тустановичах. Последующие поиски дали еще более неожиданные результаты. Вследствие открытия и эксплуатации новых месторождений добыча нефти на территории современного Борислава возросла с 562,19 тыс. тонн в 1906 году до 1937,62 тыс. тонн в 1909 году.

Хищническая эксплуатация нефтяных полей привела к оскудению бориславского месторождения. Начиная с 1909 года добыча нефти в Вориславе стала сокращаться и к концу господства Австро-Венгрии в 1918 году упала до 832 тыс. тонн. В озокеритной промышленности в это время происходила концентрация производства. Если в 1895 году здесь действовали 23 предприятия по добыче озокерита, то в 1913 они стали собственностью двух компаний. Быстрое промышленное развитие Борислава обусловило рост его населения. Надежда на заработок влекла сюда рабочих и крестьян. Если в 1859 году в пяти селах, вошедших затем в состав нынешнего города, насчитывалось 3027 жителей, то в 1910 году, то есть через полвека,— уже 31 859. В самом Бориславе число жителей за этот период возросло с 621 до 15145 человек.

Условия труда были тяжелыми. Добыча нефти из колодцев производилась на открытом месте, под дождем и ветром. Лишь над некоторыми, где добывали озокерит, имелись деревянные навесы. Под таким навесом устанавливался коловорот с двумя подвешенными ведрами. Он обслуживался двумя рабочими. В этих ведрах опускали рабочих на дно шахт. В шахтах постоянно угрожали удушающие газы, вода или обвалы. Вентиляция в них осуществлялась с помощью кузнечного меха или примитивной веялки с отведенной на глубину нескольких метров металлической трубой.

Побывавший в Бориславе венский инженер Лейхнер, опустившись в шахту, установил с помощью анемометра, что в ней на одного рабочего приходилось в 10 раз меньше воздуха, чем предусматривалось действовавшими санитарными нормами. В 1878 году украинский писатель М. Павлик наблюдал, как шахтер перед спуском в шахту прощался с товарищами, остававшимися на поверхности.

Описывая условия труда в Бориславе, И. Франко на основе данных, полученных в Дрогобычском суде, отмечал в 1882 году, что отсутствие техники безопасности приводило к гибели десятков и сотен рабочих («То яма обвалилась, то канат, оборвался, то испарения удушили на смерть!..»).

Ужасными были жилищно-бытовые условия трудящихся. Жилье оседлого рабочего представляло собой покрытую соломой или досками нищенскую избу. Люди, прибывавшие сюда на сезонные заработки, размещались в бараках, имевших жалкий вид, большинство вообще не имело жилья. Квартплата была очень высокой. В частных квартирах за одну комнату в 10— 12 кв. м ежемесячно платили по 3—4 золотых ринских. В таких комнатах, кроме деревянных топчанов, ничего не было. В комнате площадью 19,5 кв. м ночевало 20 человек. Духота и вонь душили людей. Об условиях труда и жизни рабочих говорили: «В Борислави кинська робота, а свинське спання».

Ежедневной пищей рабочих был картофель или гороховый суп с черным хлебом. Возле рабочих бараков и кухонь стояли грязные корчмы, являвшиеся очагами воровства, грабежей и убийств.

Вот как в 1899 году описывал жизнь рабочих чешский социалист А. Бернер: «После шести часов вечера видишь в Бориславе живые толпы, бредущие заболоченными дорогами. Однообразными, желтыми кажутся эти толпы. Они не идут домой, ибо нет дома. Не идут в барак, ибо им нечем платить. Не страшатся дождя, не обходят болота, ибо в мокром и грязном работали целый день. У них нет ни одежды, ни обуви, кроме грязного лохмотья и порванных за зиму лаптей, привязанных к ногам веревками. Вечером идут в лавку, где родственница надсмотрщика или предпринимателя продает водку... Пьют водку, беседуют, проклинают своих мучителей. Постепенно друг за другом засыпают, один сидит, другой лежит в уголке или под скамьей. И так лежит 20—70 душ, мужчины, женщины и дети, так тесно, что не могут перевернуться на другой бок».

Нищенская жизнь и бесправное положение бориславских рабочих пробуждали в них ненависть к эксплуататорам, толкали на борьбу за свои права. Зарождение и первые шаги этой борьбы ярко описаны И. Франко в повести «Борислав смиеться».

С начала первой мировой войны Бориславский нефтяной район оказался в сфере боевых действий. В городе введено военное положение, власть передана в руки военного комиссара. В конце августа 1914 г. Борислав заняли русские войска. После отступления русских войск австро - германское командование попыталось наладить добычу и переработку нефти для нужд армии. В мае 1919 г. Борислав оккупировали польские войска, и с тех пор до сентября 1939 г., его территория принадлежала Польше.

1 июля 1941 г. Борислав оккупировали немецкие войска. Во время легендарного рейда партизанского соединения С.А. Ковпака в Карпаты, советские партизаны выводили из строя нефтяные скважины и другие важные объекты. «Преодолев последний перевал,— вспоминал впоследствии С.А. Ковпак,— мы увидели вышки... Вместе с автоматчиками на нефтепромыслы пошли группы подрывников. Запылали тысячи тонн нефти. В окрестностях гор было видно, как днем. Пять дней — с 19 по 24 июля партизаны выполняли свое задание». Весной 1944 года через окраины Борислава проходило партизанское соединение М.И. Шукаева. Партизаны этого соединения подорвали 40 нефтяных скважин и газолиновую установку на территории Сходницкого нефтепромысла.

В ходе наступления советских войск части 141-й стрелковой дивизии, входившей в состав 1-й гвардейской армии 4-го Украинского фронта, 7 августа 1944 года заняли Борислав. Приказом Верховного Главнокомандования Красной Армии от 16 августа 1944 года 365-му и 1646-му стрелковым полкам и 203-му отдельному саперному батальону присвоено наименование «Бориславских».

Отступая под ударами Красной Армии, гитлеровские и хортистские войска разорили бориславские нефтепромыслы. Они сожгли 18 высокодебитных скважин, затопили озокеритные шахты, взорвали центральные механические мастерские, вывели из строя газолиновые заводы, подорвали нефтяные и газовые трубопроводы.


Создан 24 сен 2006